Начиная рассказ о своей, как он говорит, бурной чекистской деятельности, Владимир Павлович Болотин отключает телефоны. «Я вспоминаю, что в моё время, когда я работал, не было телефонов, компьютеров», – говорит 68-летний чекист. Под его началом было целое подразделение, в обязанности которого входили контроль за объектами промышленности, транспорта, связи и науки. Выяснить причины аварий на производстве, исключить вариант диверсии, пресечь разведывательную деятельность спецслужб других стран – сейчас о былом напоминают фотографии. На них запечатлены те, кто десятки лет назад обеспечивал безопасность при строительстве Байкало-Амурской магистрали, Зейской и Бурейской гидроэлектростанций. «Однажды погорели вагоны энергопоездов, посёлок остался без света. Был умысел. Значит, и мы с успехом справились», – рассказывает ветеран.
Бывало и так, что благодаря контрразведчикам в Приамурье появлялись новые технологии. Так, по заданию подразделения Владимира Болотина амурские учёные привозили с научных конференций важные для развития науки сведения. «Они касались разработки стратегических месторождений урана. Главное то, что тот материал, который нас интересовал, был сюда доставлен», – продолжает рассказ Владимир Болотин.
Действия сотрудников этой службы обычно не получают огласку. Но бывают и исключения. Так, в конце 90-х была проведена спецоперация по пресечению масштабного вывоза в Китай через территорию Приамурья запчастей к боевым самолётам. Преступную группу захватили на железнодорожном вокзале Благовещенска. В теории контрразведки спецоперация была признана классической. На её основе специалисты разработали методическое пособие для молодых чекистских кадров.
Поздравить ветеранов собрались и нынешние контрразведчики. Их лица остаются в тени – специфика службы обязывает не забывать о конспирации. Этим Владимир Болотин и объяснил свою немногословность по некоторым вопросам: «Вся служба параллельно идёт с соблюдением конспирации. Поэтому мы, контрразведчики, немногословны. Особо не выступаем».
