В годы войны страна расплачивалась за Ленд-лиз токурским золотом

Автор: Андрей Анохин Токурское месторождение в Селемджинском районе во многом уникально. У него богатая история, а теперь и не менее богатые перспективы. В годы Великой Отечественной войны золото Токура шло на приобретение танков, самолетов и грузовиков у стран-союзников, именно Токур стал наиболее продуктивным предприятием, давшим за 55 лет около 35 тонн золота. Это больше, чем все известные рудники в Амурской области за период 1901-1994 гг. В 90-е годы самый знаменитый рудник Амурской области несколько лет находился в «замороженном» состоянии, но в ближайшем будущем имеет все шансы вновь послужить на пользу экономике страны. Об истории золотодобычи на Токуре и его перспективах мы расспросили Директора по развитию минерально-сырьевой базы ГК «Атлас Майниг» Сергея Дюжева. Военное золото под грифом «Секретно» — Сергей Валерьевич, в Год защитника Отечества и большого юбилея Победы хотелось бы услышать о вкладе золотодобытчиков в разгром фашизма. — В 1941 году на Токурском руднике была запущена золотоизвлекательная фабрика. Времена были тяжелые — стране требовалось золото. Всю войну предприятия подобные Токуру пополняли золотой запас и обеспечивали золотовалютные резервы. В том числе, этим золотом шла оплата за поставки вооружения союзников У меня в распоряжении есть интересный документ — отчет с подсчетом запасов по золоторудному месторождению Токур на 1 июля 1951 года. Благодаря ему мы можем получить представление о жизни и работе людей в военные и послевоенные годы. Документ, несмотря на «давность веков», был рассекречен только в августе 2020 года. Это говорит о важности событий, которые были связаны с так называемым военным золотом. — Можете привести какие-то интересные выдержки из этого документа? — Представьте — 1951 год, жив еще И.В. Сталин, мы еще в космос не полетели… Тем временем, в Токуре — «95 процентов населения занято на золотодобыче или на обслуживающих предприятиях. Сельское хозяйство не развито, все привозное. Имеется теплоэлектростанция на дровах. С турбиной мощностью — 750 киловатт». Такая же дровяная электростанция находилась в Харге, в Златоустовске. «Наличие лесных массивов позволяет бесперебойно обеспечивать нужды рудника дровами», — говорится в документе. «Хуже дело обстоит с водоснабжением», но там и сегодня с водой не весело. Добыча велась подземным способом, там было обнаружено два рудных тела. Пара слов о содержаниях золота. В среднем — это 40-60 граммов на тонну, очень богатые жилы. Для сравнения, сегодня мы работаем с содержаниями даже меньше одного грамма. Добыча велась «с колес» — Военное время накладывало отпечаток на организацию работ? — Во-первых, в Токуре работали «с колес». Если по-хорошему, то сначала надо проводить комплекс геологоразведочных работ, которые позволяют полностью оценить перспективы объекта. В зависимости от этого уже принимать какие-то проектные решения, проектировать фабрику, мощности, рисовать долгосрочный план… С Токуром все было не так. Шла война, стране требовалось золото. Поэтому закапывались, закапывались, закапывались… Еще один важный момент — на титуле нашего документа обозначено «Специальное главное управление при МВД СССР». Главный геолог треста «Амурзолота» обозначен в звании инженер-капитана. Главный инженер треста в звании — горный генеральный директор третьего ранга. То есть геология в те времена была ранговая, военизированная. Это говорит о стратегической важности отрасли. Зона Главного разлома — Как сложилась дальнейшая судьба месторождения? — После консервации Кировского месторождения фактически вся добыча рудного золота в Приамурье была представлена только Токуром. Переработкой руды в Амурской области больше никто не занимался. А теперь смотрите, что из себя представлял известный на то время Токур? Токур — это жилы. Жила — это нечто компактное (можно взять подземкой), при этом относительно богатое. Переработав малый объем руды, можно получить достойный объем золота. В советские годы начали отрабатывать эти жилы, вели тяжелую подземную разведку и обнаружили что выделяется еще один тип оруднения. Назвали его — Минерализованная зона Главного разлома. Её определили где-то в 60-х годах прошлого века. Было установлено, что золото там тонкое, приурочено к минерализованное зоне, а содержание — 2 грамма, не больше. Для подземной отработки едва ли рентабельно. — Но ведь работы на жилах продолжались? — Да, но самое обидное, что месторождения золота у нас не бесконечны, не восполняемы. Рано или поздно запасы заканчиваются. Где-то в 80-х годах стало понятно, что запасы жил заканчиваются, началась оценка возможности вовлечения золота из зоны Главного разлома. В 1988 году был составлен генеральный проект разведки данной зоны, но не успели — начались 90-е годы, стало не до горной отрасли. Хотя проект был большой, затратный и многообещающий. Все работы на Токуре прекратились в 1994 году. — Получается, с 1994 года попыток вернуться к Токуру не было? — Не совсем так. Попытки заняться зоной Главного разлома предпринимались в 2007 — 2010 годах. Проводились определенные работы, но тогда у нас еще не было технологии переработки упорных руд. Вопрос был до поры отложен. Все только начинается! — Почему именно сейчас решено вернуться к Токурскому руднику? — Во-первых, это связано с макроэкономической ситуацией — золото сейчас в цене. Во-вторых — технологии не стоят на месте. У нас меняются методы добычи, меняются методы извлечения. То, что раньше добывать считалось невыгодным, сейчас уже — рентабельно. С вводом в строй Покровского автоклавного гидрометаллургического комплекса, мы стали способны перерабатывать упорные руды. Пока говорить о конкретных запасах месторождения рано, но зона однозначно перспективна. О подробностях будущего производства и технологиях пока говорить рано. Все полученные результаты будут изучаться, анализироваться и так далее. Однако, не исключено, что в Селемджинском районе будет сформирован новый горный кластер. История Токура Геологическое изучение Селемджинского района началось еще в 1840-е годы. Это были самые первые первопроходцы. В 60-е — 70-е годы девятнадцатого века были открыты богатые россыпи Верхнего и Нижнего Мына. Далее, по классике, начались поиски россыпей в окрестностях. Золотоносность рек Большой и Малый Караурак, впадающих в Селемджу, и их притоков, стала известна в конце XIX века. Первые заявки на земельные отводы по Большому Караураку (прииски Софие-Сергеевский и Святителе — Иннокентьевский) были сделаны в 1892 году. Наибольшая добыча россыпного золота по ключам Челогор и Токур производилась в 1905-1910 годах. В 1938 году в геологоразведочный отдел бывшего Мынского приискового управления поступило несколько устных заявлений от управляющего прииска «Союзный» о том, что с ключа Токур старатели сдают совершенно неокатанное, рудное золото. В том же году ключ Токур посетили и осмотрели главный геолог Мынского приискового управления инженер-геолог К. И. Казанцев и техник-геолог М. И. Селезнев. В долине ключа они нашли обломки кварцевой руды с видимым золотом. Это послужило основанием для проектирования в этом районе поисков на 1939 год. 18 августа 1939 года в долину ключа Токур пришел геолого-поисковый отряд в составе пяти человек под руководством коллектора С. Ф. Абрамова. Поиски начались с рекогносцировочных маршрутов по ключу и ближайшим окрестностям. Первые же незначительные разведочные работы увенчались успехом. 7 сентября разведочной канавой на одном из склонов было обнаружено рудное тело, которое получило название «Жила первая». День 7 сентября 1939 года является датой открытия рудного месторождения Токур. 10 сентября другой канавой вскрыта еще одна жила. К началу зимы 1939 года по результатам проведенных работ уже были видны хорошие перспективы месторождения и стал вопрос о разведке жил на глубину. В архивных документах сохранился интересный факт: летом 1940 года состоялся первый автомобильный рейс из Экимчана в Токур. Отдельно отмечено, что руководители приискового управления проехали на грузовой машине «впервые за один день». Для информации — сейчас этот путь занимает полчаса от силы. Фото: архив ООО Атлас Майнинг